Из жизни фруктов скачать книги бесплатно

Большой архив книг в txt формате. Детективы, фантастика, фэнтези, классика, проза, поэзия - электронные книги на любой возраст и вкус!
Книга в электронном виде почти всегда лучше чем бумажная( можно записать на кпк\телефон и читать везде, Вам не надо бегать и искать редкие книги, вам не надо платить за книгу, вдруг она Вам не понравится?..), у Вас есть возможность скачать книгу бесплатно, и если она вам очень понравиться - купить бумажную версию.
   Контакты
Поиск Авторов  
   
Библиотека книг
Онлайн библиотека


Электронная библиотека .: Детективы .: Лавровы, Ольга и Александр .: Из жизни фруктов


Постраничное чтение книги онлайн Ольга Лаврова, Александр Лавров. Из жизни фруктов.txt

Скачать книгу можно по ссылке Ольга Лаврова, Александр Лавров. Из жизни фруктов.txt
1 2 3 4 5 6 7 8 9
етров. Пятьдесят на четыреста -- сколько? Двадцать тысяч. Дальше.
Ездить надо? Тачка, гараж, то крыло, то резина. Жена с дочками. Чтобы зимой
попки не мерзли, тулупчиґки надо? Три по куску. Себе надо -- еще кусок.
Шапочки добавь, сапоги, шарфы из "Березки". Это тебе минимум пять без
демисезона и всяких там сережек, только тело прикрыть. Они одних джинсов по
сто пятьдесят сколько истаскали. За ними все посчиґтать -- уже под сорок
потянет. А это мы с тобой еще квартиру не обставляли.
-- Была я у тебя. Ничего особенного, не красное дерево.
-- Ну и сколько?
-- Тысяч шесть.
-- Семь с полтиной. Без ковров и люстры. А я еще садовый участок взял.
Избушку леплю. Чтобы воздухом дышать, без всяґких излишеств. Знаешь, почем
за все дерут? Да я еле концы с концами свожу! Недавно приличную музыку в
комиссионке наґшел, девки одолели. Так, честное слово, бегал по людям,
четыре тысячи занимал до получки!
-- Как же ты жил, когда в школе работал? -- насмешливо спрашивает
Чугунникова.
Васькин отвечает не сразу, с каким-то тягостным удивлением и грустью.
-- Знаешь, лучше... Сам не пойму... Вроде ничего и не нужно было...
Его прерывает переговорник:
-- Антонина Михайловна, вы распорядились, чтобы я не давала вам
пропускать бассейн.
-- Спасибо, Зоенька. Где-то в бухгалтерии Знаменский. Преґдупредите,
что через тридцать минут уеду... Вот что, Володя! -- обращается она
решительно к Васькину. -- Зарвался ты! Всякий страх потерял. На тот факт,
что ты в присутствии товарища из органов позволил себе быть в нетрезвом
виде, я как руководитель обязана отреагировать. Завтра будет приказ. Сниму
тебя с Доски почета.
Васькин искренне пугается:
-- Да что ты, Антонина Михайловна?! Да за что же?!.. То тринадцатую
зарплату срезала, а теперь уж совсем...
-- Нужна тебе тринадцатая! У тебя и четырнадцатая, и двадцаґтая в
кармане.
-- Да ведь не рублем единым жив человек! Ты же меня на позор...
Секретарша докладывает:
-- К вам Знаменский.
-- Проси.
Входит Знаменский и Васькин поднимается, расстроенный и злой.
-- Можете идти, товарищ Васькин, -- начальственно произноґсит
Чугунникова. -- Надеюсь, вы сделаете надлежащие выводы из нашего разговора.
Знаменский провожает его любопытным взглядом.
-- Садитесь, Пал Палыч.
-- Никак не добьюсь толку в бухгалтерии, Антонина Михайловґна. Вместо
детальной расшифровки, о которой мы договаривались, мне выдали до того общую
бумажку... Практически она ничего не отражает.
-- То, что вы хотите получить, Пал Палыч, требует людей более высокой
квалификации, чем мои девочки. Уже на уровне ревизоґра КРУ Министерства
финансов.
-- Простите, требует желания и честности!
-- Запишем в коммюнике нашей встречи, что стороны обменяґлись мнениями
по данному вопросу, -- заявляет Чугунникова. И сразу меняет тон на
юмористически-кокетливый: -- В ваших глазах я угадываю вопрос: что за фрукт
такой -- Чугунникова? Почему ничего не боится? Или притворяется Чугунникова?
-- Притворяетесь. Но немножко.
-- О, совсем капельку, Пал Палыч! Я действительно не боюсь. Ведь на
базе нет кочна капусты, луковицы нет, за которую я лично отвечаю. Вся
материальная ответственность -- на кладовщиках. Это их картошка, их
апельсины, их виноград, у меня -- телефон и вот, -- поднимает авторучку. --
Все.
-- Может быть, базе вообще не нужен директор?
-- Нет, ну какую-то пользу я приношу, -- смеется Чугунникова. -- Вот
пробила оборудование для длительного хранения -- это мое дело. А следить,
чтобы при разгрузке лишний ящик не разбили... -- пожимает плечами. -- У вас
что-нибудь еще? А то я собираюсь...
-- Да, еще. Почему в середине месяца Васькин принял партию черешни?
Четвертый же цех специализированно овощной.
-- Вероятно, склады были забиты, Пал Палыч. Приняли, где нашлось место.
А в какой связи?..
-- Меня заинтересовало крупное списание в те же дни.
-- И сколько списали?
-- Почти шесть тонн. Грубо говоря, две машины черешни. Две машины,
которые, похоже, и свезли на рынок конкуренты Панко. Даты совпадают в
точности.
-- Ну, грузчики у Васькина привыкли со свеклой, она не бьется. А
вообще-то шесть тонн -- мелочовка.
Знаменский говорит негромко, но видно, что "взорвался":
-- Шесть тонн -- мелочовка. Две мелочовки -- двенадцать. Четыре
мелочовки -- двадцать четыре. Так что все можно списать. По мелочовке. И вы
ни за что не отвечаете? Нет, не пойдет, Антонина Михайловна!
-- Посмотрим, посмотрим... Извините, мне пора. -- Чугунниґкова встает,
дружелюбно протягивает руку. -- Дорогой Пал Паґлыч, я сама кровно
заинтересована в вашей работе. Но не спрашиґвайте с нас невозможного. В
сфере возможного всегда к вашим услугам.
-- Спасибо. В сфере невозможного мне ваши уже устроили.
-- Простите, не понимаю?
-- Рад, если так.

* * *

В контору, где туча тучей сидит Васькин, входит Малахов.
-- Котя, я пришел. Оклемался.
-- Ну, молодец, -- безрадостно отзывается Васькин.
-- А ты что? Не в себе?
-- Схлопотал... от дорогой начальницы.
-- Ой, Котя! Никакого тебе покоя нет! -- переживает Малахов.
-- А, гори оно все!.. -- Васькин, подойдя к двери, выглядывает, нет ли
кого поблизости, запирает дверь на ключ. -- Давай позанимаемся!
Малахов достает из шкафа спрятанную гитару. Занятия прохоґдят в тайне.
Неуклюже Васькин обхватывает гитару большими руками, долго
прилаживается, пробует одну-другую струну. Малахов наблюдает за ним
сочувственно, почти жалостливо.
-- Ну, давай, -- решается Васькин и старательно берет нескольґко
аккордов:
"Надежда -- мой компас земной..."
Малахов тихонько мелодично подтягивает. На лице Васькина напряжение, он
сбивается и фальшивит.
-- Как-то ты ее не так, Котя... не так держишь. Ты не дави, ты играй!
Вот, -- Малахов забирает гитару, привычно наигрывает мотив. -- Эту руку так,
эту так. И ласково, понимаешь, ласково.
-- Глядеть-то оно просто...
Васькин в поте лица одолевает несколько музыкальных фраз и снова
фальшивит.
-- Ну, никак! -- горестно удивляется он.
-- Ничего, Котя. Сегодня не в настроении... -- Малахов утешаґет,
понимая, что сейчас Васькину очень нужна песня. Душа проґсит.

* * *

Квартира Чугунниковой обставлена мебелью послевоенных лет. Ковры,
люстра, вазы -- все очень добротное, но старомодное. А из современных вещей
-- только большой цветной телевизор. На стене увеличенная фотография, где
Чугунникова в молодости снята под руку со статным мужчиной лет сорока, в
мундире с генеральскими погонами.
На диване лежит дочь Чугунниковой -- Лена. Услышав, что хлопнула
входная дверь, она отворачивается к стене.
-- Как приятно видеть тебя дома, -- заглянув в комнату, говоґрит
Чугунникова. -- Если не заболела.
-- Нет.
Чугунникова скидывает плащ, снимает туфли.
-- Поругалась со своим мальчиком? -- спрашивает она из коридора.
-- У "моего мальчика" есть имя, и ты его знаешь.
-- Да, -- легко улыбается Чугунникова. -- Я помню имена всех мальчиков,
с которыми ты поругалась.
-- С ним я не поругаюсь никогда.
Убежденный тон дочери заставляет Чугунникову на секунду замереть в
тревоге.
-- Леночка... -- осторожно начинает она. -- Я не стесняю твоей
свободы... Но только, пожалуйста, не увязни раньше времени! Ты такая у меня
красивая, умная. А Саша приятный парень, но... не нашего круга, согласись.
-- Наш круг -- разряженная публика в Торговом центре? -- не
поворачиваясь от стены, спрашивает Лена.
-- Дочка, зачем тебе надо со мной поссориться? -- спрашивает
Чугунникова, присаживаясь на диван рядом с Леной. -- Не переґдергивай! Ты же
знаешь, что я имею в виду. Моя работа связана только с тем, какой вуз я
кончила. Будь жив твой отец...
Лена резко поворачивается на диване.
-- Молчи об отце!.. Не могу больше! Молчи!
-- Почему? -- поднимается с дивана Чугунникова.
-- Как ты гордишься, что умеешь выглядеть спокойной! А ты на всякий
случай сядь!
-- Не хочется. После бассейна всегда такая бодрость... -- Чугунґникова
старается заглушить нарастающую тревогу. -- Жаль, что ты не...
-- Мама, хватит! Хватит врать! Не был мой отец генералом! И не погиб,
когда мне был годик. И не было у нас громадной дачи в Барвихе!
Удар сокрушительный -- ноги у Чугунниковой действительно подламываются,
однако она все еще цепляется за старую легенду.
-- Но вот его фотография, -- мертвым голосом произносит она. -- Вокруг
его вещи. Он не писал писем, потому что по роду службы...
-- Мама, очнись! Ты слышишь, что тебе говорят?! Я была вчера в Барвихе
у одной девочки. Ляпнула про дачу. Меня подняли насмех! При Саше, при всех!
Дачу построила знаменитая писательница, потом купил знаменитый артист.
Назвать фамилии? -- Ленку корчит от воспоминания о пережитом унижении. --
"Наш дивный дом в Барвихе"!..
Мать сидит оглушенная, молчит.
-- Остальное мне объяснила вкратце тетя Вера.
-- Мерзавка... -- без выражения произносит Чугунникова.
-- А ты маньячка, сумасшедшая. Ты же плакала, когда мы туда ездили!
Привезла показывать: "Вот здесь ты училась ходить...", смотрела на чужой
дом... До сих пор помню, как ты горько плакала. О чем? Ну скажи мне, о чем?!
Мама!
Чугунникова отзывается не сразу.
-- О том, что ничего... ничего этого не было... -- скрывая слезы,
Чугунникова разбитой походкой идет к серванту, наливает рюмку коньяку, но,
не выпив, ставит обратно. Спрашивает с мучением: -- Тебе нужна правда?
-- Да. Что с отцом? Кто он?
-- Кто? Студент. За ним следом я и пошла в Плехановский... Мы должны
были расписаться. И тут... тут он дал задний ход. Мы, говорит, молоды, зачем
связывать себя ребенком... то есть тобой. А у меня, слава богу, не поднялась
рука. -- Она выпивает рюмку, и в ее тоне появляются вульгарные нотки. -- Мой
красавчик захотел в аспирантуру, подкатился к деканской дочке. Меня побоку с
моим пузом.
-- Ты так специально? Чтобы стало больнее?
-- Хочешь, чтобы я билась об стенку? Этим, доченька, я долго
занималась. Ты представляешь, что такое мать-одиночка?..
-- Неужели ты не могла выйти замуж? Одну тебя, что ли, бросили! До того
банальная история! -- в голосе Лены и жалость и презрение.
-- Банально то, что случается с кем-то другим. А когда с тобой, это
трагедия... Мне не встретился человек, за которого хотелось бы замуж. А
кроме того, дать тебе отчима...
-- Ну ладно, ну не вышла. Но зачем такой-то, бутафорский?! --
показывает Лена на фотографию.
-- Нет, ты не понимаешь. Когда ты была маленькая, смотрели по-другому,
стыдились. Вам выдавали позорную метрику с проґчерком в графе "отец". Все
про таких детей знали, и в садике и в школе, это было пятно... Никогда не
скажу, чего мне стоило, но ты стала законной генеральской дочкой. И выросла
гордая, без комплексов.
-- И ты год за годом, год за годом... Материнский подвиг, да? А каково
мне теперь? "Папин письменный стол", "папино кресло", "папина фуражка",
"папин стакан", "папин день рождеґния", "наша фамилия", "традиции семьи", --
она останавливаетґся, задохнувшись. -- Да здесь каждый стул лжет! Видеть не
могу!
-- Давай все сменим? Хочешь? Все до последней кнопки! -- Чугунникова
зажигается надеждой увлечь дочь. -- Эту рухлядь -- вон. Самой надоело. Все
по-новому. Сюда -- стенку... Сюда -- угловой диван... Медвежьи шкуры.
Декоративный камин сложим. Хочешь?
-- Где ты наберешься денег...
-- Не твоя печаль! Все сделаю! -- на лице Чугунниковой уже пробивается
улыбка, она не замечает, что потеряла осторожность и переборщила, "покупая"
дочь.
-- Мама, а на какие вообще доходы мы шикуем? -- медленно спрашивает
Лена. -- Раз не было генеральского наследства... раз ты не продавала
громадную дачу... а мы все живем и живем, восемнадцать лет на нее живем...
шубы покупаем... за бешеные деньги встречаем Новый год...
-- Разве это бешеные, дочурка? Бешеные -- когда совсем другое число
нулей.
Но Лена не слышит, смотрит широко открытыми глазами.
-- Я даже не задумывалась, какая у тебя зарплата... Мама?!

* * *

Время поджимает друзей. Сколько еще рискнет Саковин удерґживать
материал в рамках служебного расследования?
-- Как у тебя, Зиночка? Много оказалось Старухиных? -- спраґшивает Пал
Палыч.
-- Нет. Росчерк отработанный. Выполняется от начала до конца единым
штрихом. Во всех элементах идентичность. Так что фальшивок я не нашла.
-- А еще что? -- Пал Палыч чувствует, что она не договорила.
-- Да есть попутное наблюдение... -- Кибрит берется за подґшивки,
лежащие на столе. -- Акты оформлены аккуратно. Подґпись Старухина обычно
строго в линеечку. Вот: "Лобов -- Старухин", "Лобов -- Старухин". Но в
некоторых случаях, погляди: здесь выше строки полезла, а тут ниже... или вот
-- косо...
-- Нетрезвый?
-- Тогда при увеличении было бы видно, что нарушена коордиґнация
движений. Я сидела и думала... По-моему он не всегда подписывает с
остальными. Где-то в другом месте, где не очень удобно или плоховато с
освещением.
Носят на подпись? -- прикидывает Пал Палыч. Правдоподобґно. Наспех
подмахнул на лестнице или в подъезде... Он связываетґся с оперативным
отделом, просит спешно выяснить, что и где Старухин.
А пока решает прибегнуть к помощи зампреда Комитета наґродного
контроля. Зная положение Пал Палыча, тот держится подчеркнуто внимательно.
-- Петр Никифорович, я встречаю на базе упорное сопротивлеґние. Вплоть
до провокаций против меня. Вы, вероятно...
-- Да-да, мне известно, -- мяг
1 2 3 4 5 6 7 8 9



Бесплатно скачать книги в txt Вы можете тут,с нашей электронной библиотеки:)
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом. Если вы являетесь автором книги и против ее размещение на данном сайте, обратитесь к администратору.