Первая встреча, последняя встреча скачать книги бесплатно

Большой архив книг в txt формате. Детективы, фантастика, фэнтези, классика, проза, поэзия - электронные книги на любой возраст и вкус!
Книга в электронном виде почти всегда лучше чем бумажная( можно записать на кпк\телефон и читать везде, Вам не надо бегать и искать редкие книги, вам не надо платить за книгу, вдруг она Вам не понравится?..), у Вас есть возможность скачать книгу бесплатно, и если она вам очень понравиться - купить бумажную версию.
   Контакты
Поиск Авторов  
   
Библиотека книг
Онлайн библиотека


Электронная библиотека .: Фантастика .: Бушков, Александр .: Первая встреча, последняя встреча


Постраничное чтение книги онлайн Александр Бушков. Первая встреча, последняя встреча.txt

Скачать книгу можно по ссылке Александр Бушков. Первая встреча, последняя встреча.txt
1 2 3 4 5
Александр Бушков. Первая встреча, последняя встреча

---------------------------------------------------------------
OCR: Несененко Алексей октябрь 2001
Файл с книжной полки Несененко Алексея
---------------------------------------------------------------

Паровоз заухал, зашипел, зафыркал, пустил дым, дернул разноцветные
вагоны, и они поплыли мимо поручика Сабурова, навсегда уносясь из его жизни.
Поезд длинно просвистел за семафором, и настала тишина, а дым развеяло в
спокойном воздухе. "Чох якши", - мысленно сказал себе по-басурмански
Сабуров, и от окружающего благолепия ему на глаза едва не навернулись слезы.
Для здешних обывателей тут было скучное захолустье, затрюханный уезд,
забытый Богом и губернскими властями. А для него тут была Россия.
Ему вдруг неизвестно почему показалось, будто все это уже было в его
жизни - красное зданьице вокзала с подведенными белыми полуколоннами и
карнизами, пузатый станционный жандарм, изящная водонапорная башенка с
кирпичными узорами поверху, сидящие поодаль в траве мужики, возы с
распряженными лошадьми, рельсы, чахленькие липы. Хотя откуда ему взяться,
такому чувству, если Сабуров здесь впервые?
Он подхватил свой кофр-фор и направился в сторону возов - путь
предстоял неблизкий, и нужно было поспешать.
И тут сработало чутье, ощущение опасности и тревоги - способность,
подаренная войной то ли к добру, то ли к худу, награда ее и память.
Испуганное лицо мужика у ближнего воза послужило толчком или что другое, но
поручик Сабуров быстро осмотрелся окрест, и рука было привычно дернулась к
эфесу, но потом опустилась.
Его умело обкладывали.
Пузатый станционный жандарм оказался совсем близко, позади, и справа
надвигались еще двое, помоложе, поздоровше, ловчее на вид, и слева двое
таких же молодых, ражих, а спереди подходили ротмистр в лазоревой шинели и
какой-то в партикулярном, кряжистый, неприятный. Лица у всех и
жадно-азартные, и испуганные чуточку - как перед атакой, право слово, только
где ж эти видели атаки и в них хаживали?
- Па-атрудитесь оставаться на месте!
И тут же его замкнули в плотное кольцо, сторожа каждое движение.
Сапогами запахло, луком, псарней. А Сабуров опустил на землю кофр-фор и
осведомился:
- В чем дело?
Он нарочно не добавил "господа". Много чести.
- Патрудитесь предъявить все имеющиеся документы, - сказал ротмистр -
лицо узкое, длинное, щучье.
- Ас кем имею?
Он нарочно не добавил "честь". А вот им хрен.
- Отдельного корпуса жандармов ротмистр Крестовский, - сообщил офицер
сухо и добавил малую толику веселее: - Третье отделение. Изволили слышать?
Издевался, щучья рожа. Как будто возможно было родиться в России, войти
в совершеннолетие и не слышать про Третье отделение собственной его
императорского величества канцелярии! Лицо у ротмистра Крестовского выражало
столь незыблемое служебное рвение и непреклонность, что сразу становилось
ясно: протестуй не протестуй, крой бурлацкой руганью или по-французски
поминай дядю-сенатора, жалуйся, грози, а то и плюнь в рожу - на ней ни одна
жилочка не дрогнет, все будет по ее, а не по-твоему. И поручик это понял,
даром что за два года от голубых мундиров отвык - они в действующей армии не
встречались. Теперь приходилось привыкать наново и вспоминать, что
возмущаться негоже - глядишь, боком выйдет...
Документы ротмистр изучал долго - и ведь видно, что рассмотрел их
вдоль-поперек - всяко и все для себя определил, но тянет волынку
издевательства ради. "А орденка-то ни одного, а у меня три, и злишься
небось, что в офицерское собрание тебя не пускают", - подумал поручик
Сабуров, чтобы обрести хоть какое-то моральное удовлетворение.
- По какой надобности следуете? Из бумаг не явствует, что по казенной.
- А по своей и нельзя? - спросил поручик, тараща глазенки, аки дитятко
невинное.
- Объясните в таком случае, - сказала Щучья Рожа. Бумаги пока что не
отдала.
Поручик Сабуров набрал в грудь воздуха и начал:
- Будучи в отпуске из действующей армии до сентября месяца для
поправления здоровья от причиненных на театре военных действий ранений, что
соответствующими бумагами подтверждается, имею следовать за собственный кошт
до города, обозначенного на картах как Губернск, и в документах таковым же
значащегося...
Он бубнил, как пономарь, не выказывая тоном иронии, но с такой
нахальной развальцой, что ее учуяли все, даже состоящий при станции пузатый.
- ...в каковом предстоит отыскать коллежского советника вдову Марью
Петровну Оловянникову для передачи оной писем и личных вещей покойного сына
ее, Верхогородского драгунского полка подпоручика Оловянникова, каковой
геройски пал за Бога, царя и отечество в боях за город Плевну и похоронен в
таковом...
- Ради Бога, достаточно, - оборвал его ротмистр Крестовский. - Я уяснил
суть анабазиса вашего. Что же, дали мы маху, господин Смирнов?
Это тому, партикулярному. Партикулярный чин (а видно было, что это не
простой уличный шпион - именно статский чин) пожал плечами, вытянул из
кармана потрепанную бумагу:
- Что поделать, Иван Филиппович, сыск дело такое... Смотрите, описание
насквозь подходящее: "Роста высокого, сухощав, белокур, бледен, глаза
голубые, в движениях быстр, бороду бреет, может носить усы на военный манер,
не исключено появление в облике офицера либо чиновника". Подполковника
Гартмана, царство ему небесное, наш как раз и успокоил, в офицерском мундире
будучи...
- Интересная бледность - это у девиц, - сказал поручик Сабуров. - А я,
по отзывам, всегда был румян.
- Может, это вы попросту загорели в целях маскирования, - любезно
сообщил господин Смирнов. - А несчастного Гартмана бомбою злодейски убивая,
были бледны.
- Господин Гартман, надо полагать из ваших? Отдельного корпуса то бишь?
- Именно. Питаете неприязнь к отдельному корпусу?
- Помилуйте, с чего бы вдруг, - сказал поручик Сабуров. - Просто я,
как-то так уж вышло, по другой части, мундиры больше другого цвета - хоть
наши запылены да порваны иногда...
- Каждый служит государю императору на том месте, где поставлен, -
сказала Щучья Рожа.
- О том самом я и говорю, - развел руками поручик. - Чох якши эфенди.
Губы Щучьей Рожи покривились:
- Па-атрудитесь в пределах Российской империи говорить на языке,
утвержденном начальством! Патрудитесь получить документы. Можете следовать
далее. Приношу извинения, служба.
И тут же рассосались жандармы, миг - и нету, воротился на свое место
пузатый станционный страж, Крестовский и Смирнов повернулись кругом, будто
поручика отныне не существовало вовсе, и Сабуров услышал:
- Отправить его отсюда, Иван Филиппыч, чтоб под ногами не путался.
- Дело. Займитесь, - кивнул Крестовский, ничуть не заботясь, слушал их
Сабуров или нет. - Выпихните в Губернск до ночи сего вояжера. Черт, однажды
уже нахватались в заграницах такие вот гонористые, дошло до декабря...
Закрыть бы эту заграницу как-нибудь.
Смешок:
- Так ведь императрицы - они у нас как раз из заграниц, Иван
Филиппыч...
- Все равно. Закрыть. Чтоб ни туда и ни оттуда.
- Ну, этот-то - от турок. Азия-с.
- Все равно. И там свои вольтерьянцы. Правда, там их можно на кол,
попросту...
И ушли. А Сабуров остался в странных чувствах - было тут что-то и от
изумления и от гнева, но больше всего от ярости. Выглядел поручик в этой
истории как нижний чин: ему вахмистр хлещет по роже, а он в ответ - упаси
Боже, руки по швам и молчи. Плюнул и решил выпить водки в буфете. Подали
анисовую, хлебушка черного, русского (у болгар похож, а другой), предлагали
селянку, но попросил сальца - чтоб с мясом и торчали зубчики чеснока,
пожелтевшего уже, дух салу передавшего. Выпил рюмку. Еще выпил. Медленно
возвращалось прежнее благодушное настроение.
О чем шла речь, он сообразил сразу. Давно было известно по скупым
слухам, что в России, как в Европе, завелись революционеры. Как в Европе,
кидают бомбы и палят по властям предержащим, пытаются взбунтовать народ, но
ради чего это затеяно и кем - совершенно непонятно. Никто этих
революционеров (называемых также нигилистами) не видел, никто не знает,
много их или мало, то ли они в самом деле наняты Бисмарком, жидами и
полячишками, то ли, как пятьдесят четыре года назад, мутню начинают люди из
тех, кто, по тем же слухам, вписан в Бархатную книгу - а разве такие люди
наемниками быть могут? Но вот какого рожна им нужно, если и так выполнено
все, за что сложили головы полковник Пестель со товарищи, - крестьян
освободили, срок службы сбавили и произвели всевозможные реформы? Поручик
Сабуров не знал ответов на эти вопросы. В Болгарии все было просто и ясно,
там он понимал все сверху донизу, а в этих слухах сам черт ногу сломит...
- Господин Сабуров!
Смирнов стоял над ним, улыбаясь как ни в чем не бывало.
- Собирайтесь, господин Сабуров. Оказию мы вам подыскали. Не
лакированный экипаж, правда, ну да разве вам привыкать, герою суровых
баталий? Никто нас не упрекнет, что оказались нечуткими к славному
представителю победоносного воинства российского.
Сабуров хотел было ответить по-русски и замысловато, но посмотрел в эти
склизкие глаза и доподлинно сообразил, что в случае отказа или ссоры следует
ожидать любой пакости. Да Бог с ними... Лучше уж убраться от них подальше.
Он вздохнул и полез в карман за деньгами - уплатить буфетчику.
- А вот скажите, господин Смирнов, - решился он, когда вышли на воздух.
- Эти ваши... ну, которые бомбами...
- Государственные преступники? Нигилисты?
- Эти. Что им нужно, вообще-то говоря?
- Расшатать престол в пользу внешнего врага, - веско сказал Смирнов. -
Наняты Бисмарком, жидами и ляхами, - он подумал и добавил: - и
французишками.
Все вроде бы правильно, и Смирнов был человеком государственным,
облеченным и посвященным, да уж больно мерзкое впечатление производил сыщик,
нюхало, стрюк, разве может такой говорить святую правду?
Оказия была - запряженная тройкой добрых коней купецкая повозка из
Губернска. Гонял ее сюда купец Мясоедов со снедью для господского буфета -
то есть купец владел и хозяйствовал, а гонял повозку за сто верст приказчик
Мартьян, кудряш-детина, если убивать - только из-за угла в три кола. Да еще
безмен с граненым шаром под рукой, на облучке. Иначе и нельзя в этих глухих
местах, где вовсю пошаливают, такой приказчик тут и надобен...
Сенцо было в повозке, Мартьян его покрыл армяком, повозка - вроде ящика
на колесах, чего ж не ехать-то?
На прощанье попутал бес, поручик достал золотой, протянул Смирнову с
самой душевной улыбкой:
- За труды. Не сочтите...
Глядя Сабурову в лицо, Смирнов щелчком запустил монетку в сторону, в
лопухи - блеснул, кувыркаясь, осанистый профиль государя императора. Сыщик
улыбнулся, пообещал:
- Бог даст - свидимся... И ушел.
- Это вы зря, барин, ваше благородие, - тихонько, будто самому себе, не
особо-то и глядя в сторону седока, сказал Мартьян. - Эти долгопамятные...
- Бог не выдаст - свинья не съест. Кого ищут?
- А кого б ни искали, все лишь бы не нас. - Он весело блеснул зубами из
цыганской бородищи. - Тронемся, ваше благородие, аль как? Три дня здесь
торчу, пора б назад. Мясоедов в зверское состояние придет.
- А что ж ты три дня тут делал? - спросил поручик для порядка, хотя
ответ на лице приказчика был выписан.
- Да кум тут у меня, вот и оно...
- Ну, трогай, - сказал Сабуров. - В дороге налью лудогорского.
- Это какое?
- Там увидишь.
- Э-эй!
Тронулись застоявшиеся сытые лошадки, вынесли повозку из огороженного
жердями заплота, остались позади и мужики, с оглядкой искавшие в лопухах
улетевший туда золотой, и стеклянный взгляд Щучьей Рожи. А впереди у дороги
стоял человек в синей черкеске и овчинной шапке с круглой суконной тульей,
держал руку под козырек по всем правилам, и это было странно - не столь уж
привержены дисциплине казаки Кавказского линейного войска, чтобы нарочно
выходить к дороге отдавать честь проезжающему офицеру, да еще чужого полка.
А посему Сабуров велел Мартьяну попридержать и присмотрелся.
Казак был, как все казаки, - крепкий, с полным почтения к его
благородию, но смышленым и хитроватым лицом исстари вольного человека. Себе
на уме - одним словом, казак и все тут. Свернутая лохматая бурка лежала у
его ног, и оттуда торчал ружейный ствол в чехле. На черкеске поблескивали
два знака отличия военного ордена святого Георгия - совсем новенькие
крестики на черно-оранжевой ленте.
Вот что выяснилось после беглого опроса. Платон Нежданов, урядник
Тарханского полка Кавказского линейного казачьего войска, участник турецкой
кампании, был командирован сопровождать военный груз при штабном офицере. На
здешней станции по несчастливому случаю вывихнул ногу, спрыгивая на перрон
из вагона - непривычны казаки к поездам, на Кавказе этого нету, объяснял он.
(Поручик, правда, подозревал, что дело тут еще и в вине, к которому казаки
как раз привычны.) Был оставлен офицером на станции, неделю провалялся в
задней комнате у буфетчика. Невольный наем сего помещения, лекарь, еда и
принимаемая в чисто лечебных целях, для растирания больного места, анисовая
- все это, вместе взятое, оставило урядника совсем без капиталов. Вдобавок
на вокзале не имелось никакого воинского начальства - ближайшее находилось
лишь в Губернске. Таким образом, чтобы выправить литер на бесплатный
воинский проезд, приходилось отправляться за сто верст, но что тут
поделаешь? Не прода
1 2 3 4 5



Бесплатно скачать книги в txt Вы можете тут,с нашей электронной библиотеки:)
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом. Если вы являетесь автором книги и против ее размещение на данном сайте, обратитесь к администратору.