Первая встреча, последняя встреча скачать книги бесплатно

Большой архив книг в txt формате. Детективы, фантастика, фэнтези, классика, проза, поэзия - электронные книги на любой возраст и вкус!
Книга в электронном виде почти всегда лучше чем бумажная( можно записать на кпк\телефон и читать везде, Вам не надо бегать и искать редкие книги, вам не надо платить за книгу, вдруг она Вам не понравится?..), у Вас есть возможность скачать книгу бесплатно, и если она вам очень понравиться - купить бумажную версию.
   Контакты
Поиск Авторов  
   
Библиотека книг
Онлайн библиотека


Электронная библиотека .: Фантастика .: Бушков, Александр .: Первая встреча, последняя встреча


Постраничное чтение книги онлайн Александр Бушков. Первая встреча, последняя встреча.txt

Скачать книгу можно по ссылке Александр Бушков. Первая встреча, последняя встреча.txt
1 2 3 4 5
ое место револьвер.
Непонятно самому, чего боялся - сторожкий звериный сон, память от Балкан,
позволил бы пробудиться при любом подозрительном шорохе, а местные душегубы
наверняка неуклюжее янычар-пластунов. А зверя почуют собаки - во дворе как
раз погромыхивали цепи, что-то грубо-ласково приговаривал хозяин, спуская
меделянцев. И все равно - страх, непохожий на все прежние страхи,
раздражавший и мучивший как раз потому, что не понять, чего боишься...
Он проснулся толчком, секунды привыкал к реальности, отсеивая явь от
кошмара, свеча сгорела едва наполовину, вот-вот должен был наступить
рассвет, потом понял, что пробудился окончательно. Протянул руку, сжал
рукоятку револьвера и ощутил скорее удивление - настолько несшиеся снаружи
звуки напоминали давнее дело, ночной налет янычар Рюштю-бея на балканскую
деревушку. В конюшне бились и кричали лошади - не ржали, а именно кричали;
на пределе ярости и страха надрывались псы.
Потом понял - не то, другое. Дикие вопли принадлежали не янычарам, а до
смерти перепуганным людям - и в доме, и во дворе. Опасность, похоже, была
всюду. И еще несся какой-то странный не то свист, не то вой, не то клекот.
Что-то шипело, взвывало, взмяукивало то ли по- кошачьи, то ли филином... да
слов не было для таких звуков, и зверя не было, способного их издавать. Но
ведь кто-то же там ревел и взмяукивал!
Поручик Сабуров, не тратя времени на одевание, в одном белье вскочил с
постели. Голова стала ясная, тело все знало наперед - он натянул лишь
сапоги, сбил кулаком свечу и прижал к стене. От сабли в тесной комнате толку
мало, и потому ее Сабуров взял в левую руку, изготовившись колоть, а правой
навел на дверь револьвер. Ждал с колотящимся сердцем дальнейшего развития
событий, а глаза помаленьку привыкали к серому предрассветному полумраку.
Лошади кричали почти осмысленно. Псы замолкли, но какое-то шевеление
продолжалось во дворе; и вопли утихли, но что-то тяжелое и огромное шумно
ворочалось внизу, в горнице, грохотало лавками, которые и вчетвером не
сдвинуть.
Поручик Сабуров передвинулся влево и сапогом выбил наружу раму со
стеклами, обеспечив себе отступление. Адски тянуло выпрыгнуть во двор, но
безумием было бы бросаться в лапы неизвестному противнику, не увидев его
прежде.
Дверь отошла чуть-чуть, и в щель просунулось на высоте аршин полутора
от пола что-то темное, извивающееся - будто змея, укрыв голову за дверью,
вертела в "господской" хвостом. Потом змея эта, все удлиняясь, стала
уплощаться, и вот уже широкая лента зашарила по стене, по полу, подбираясь к
постели, к столу. Сабуров понял, что ищут его, и рубаха на спине враз
взмокла. Медленно-медленно, осторожно- осторожненько, боясь чем-то
потревожить и вспугнуть эту ленту, похожую на язык, поручик переложил
револьвер в левую руку, а саблю в правую. Примерился и сделал выпад, коротко
взмахнул клинком, будто срубал на пари огоньки свечей.
Темный лоскут отлетел в сторону, лента молниеносно исчезла за дверью, и
поручик успел выстрелить вслед. Внизу словно бы отозвалось
визгом-воем-клекотом, тяжелым шевелением, и тут же совсем рядом громыхнуло
ружье. Жив урядник, воюет, сообразил Сабуров, отскочил к окну и выпустил три
пули в неясное шевеление во дворе - он не смог бы определить, что видит,
одно знал: ни человеком, ни зверем это быть не может.
Кусочек двора озарили прерывистые вспышки пламени, будто заполыхало
что-то в одной из комнат нижнего этажа.
Огонь разгорался. "Зажаримся тут к чертовой матери, - подумал Сабуров,
- нужно на что-то решаться, вот ведь как..." Внизу все стихло, только во
дворе что-то ворохалось, гарь защекотала ноздри.
- Поручик! - раздался крик Платона. - Тикать надо, погорим!
- Я в окно! - заорал Сабуров.
- Добро, я в дверь!
И в этот миг с грохотом рухнули ворота. Сабуров прыгнул вниз, присел,
выпрямился, осмотрелся, но ничего уже не видел - что-то темное, большое,
низкое скрывалось за высоким забором, и что-то - вроде бы смутно угадываемое
человеческое тело - волочилось следом, как пленник на аркане за скачущим
турком. Сабуров выстрелил вслед, вряд ли попал. Во дворе повозка лежала
вверх колесами, земля была в бороздах и рытвинах. Пламя колыхалось в окне
хозяйской комнаты, в конюшне бесновались лошади. Сабуров нагнулся
посмотреть, на чем он стоит левой ногой, - оказалось, на мохнатом собачьем
хвосте, а самих собак нигде не было видно, ни живых, ни мертвых. Поручик
кинулся в дом, пробежал через горницу, мимоходом отметив, что неподъемный
стол перевернут, а лавки разбросаны. Черепки посуды хрустели под ногами.
Урядник уже таскал воду ведром из кухонной кадки, плескал в хозяйскую
комнату - там, должно быть, разбилась керосиновая лампа и зажгла постель,
занавески, половики. Повалил едкий дым, и они, перхая, возились в этом дыму,
наконец затоптали все огоньки, забили их подушками, сорвали голыми руками,
обжигаясь, горящие занавески. Вывалились на крыльцо, на воздух, плюхнулись
на ступеньки и перевели дух - измазанные копотью, усыпанные пухом, мокрые.
Долго терли глаза, кашляли.
- Хорошо, стены не занялись. А то бы...
- Ага, - хрипло сказал поручик.
Они глянули друг другу в глаза, оба в нижнем белье и сапогах, грязные и
мокрые, и поняли, что до сих пор были мелочи, и лишь теперь только настал
момент браться за настоящее дело. Мысль эта не радовала.
- Оно ж их утянуло... - сказал Платон. - Всех. И собак. Собак не видно.
- Ко мне в комнату - лента...
- И ко мне. Стрельнул, оно утянулось.
- Я - саблей...
- Где ж ее взять...
- Местности мы не знаем, вот что плохо. Проводника бы нам, какого ни на
есть...
- И подзорную трубу, - сказал Сабуров. - Помнишь, Мартьян говорил про
блажного барина, что на звезды смотрит?
- Помню. Думаете?
- Да уж смотрит этот барин в небеса не так просто. Только где ж его
искать? Черт, ничего не знаем - и где какие деревни и где что... Ну ладно.
Давай собираться.
Сборы заняли около часа, а потом они выехали шагом на неоседланных
Мартьяновых лошадях, приладив самодельные уздечки - невеликая воинская
команда. По опыту своему поручик Сабуров знал, как мало значат их ружье и
два револьвера, но что поделаешь.
Наклонившись с конской спины, Платон разбирал следы, и вскоре
последовало первое донесение:
- Ну что - какие-никакие, а есть лапы. И лап этих до этакой матери,
прости Господи - чисто сороконожка. И ясно ведь, что тяжелое, вон ворота не
выдержали, как через них лезло, а бежит легко. Это как понять?
А вскоре они наткнулись на место, где валялись повсюду клочья собачьей
шерсти, обрывки одежды - и кровь, кровища там и сам... Перекрестились, еще
раз помянув несчастливых рабов Божьих, Мартьяна и двух других, по именам
неизвестных, и тронулись дальше, превозмогая тягу к рвоте.
Нервы стали как струны, упади с дерева лист, коснись - зазвенят
тревожным и печальным гитарным перебором...
- Неужто не заляжет, нажравшись? - сквозь зубы спросил Платон и вдруг
натянул повод. - А вон там? Ей-богу, вижу! Вижу!
Но Сабуров и сам уже видел сквозь деревья: что-то зеленое, не веселого
травяного цвета, а угрюмого болотного, шевельнулось там, впереди, на лугу. У
неширокого ручья паслась пятнистая коровенка, а неподалеку...
А неподалеку замер круглый блин аршинов трех в поперечнике и высотой
человеку - ну, под мужское достояние, не выше. По краю, по всей окружности
блина, чернели непонятные комки, штук с дюжину, меж ними синие, побольше,
числом с полдюжину, а в середине опухолью зеленело вздутие с четырьмя
горизонтальными черными щелями, и над ними, на макушке бугорка - будто
гроздь из четырех бильярдных шаров, только шары были алые, в черных точках.
Сабурова вновь замутило, так неправилен, неуместен на зеленом лугу под
утренним солнышком, чужд всей окружающей природе был этот живой страх,
словно и впрямь приперся из пекла.
Блин колыхнулся, множество ножек, сокращаясь, вытягиваясь, понесли его
вперед со скоростью идущего шагом человека, и коровенка, только сейчас
заметив это непонятное создание, глупо взмыкнула, вытаращилась, задрала
вдруг хвост, собираясь бежать.
Не успела. Взвихрились черные шишки, оказавшись щупальцами аршин в пять
каждое, жгуты превратились в широкие ленты, и весь пучок оплел корову, сшиб
с ног, повалил, синие шишки тоже взвились щупальцами, только эти были
покороче и потолще, кончались словно бы змеиными головами, только безглазыми
и с длинными пастями, и зубов там - не перечесть. Зубы и щупальца рвали
коровенку, пихали кусками в черные щели... Рев бедолажной животины вмиг
затих.
Сабуров не выдержал, перегнулся с прядавшего ушами коня - все сегодня
съеденное и выпитое рванулось наружу. Рядом то же самое происходило с
Платоном.
- Ну, видел? - прохрипел Сабуров, - Куда там в шашки - опутает,
вопьется...
Платон соскочил с коня - как ни разозлен был, а сообразил, что
непривычный крестьянский конь выстрелов над ухом испугается. Пробежал
десяток шагов до последних деревьев, обернулся:
- Коней держите, вашбродь! Мне с ружьем сподручнее!
До чуда-юда в самом деле было шагов двести, от револьверов на такой
дистанции толку никакого. Урядник приложился. Целился недолго.
Чудо-юдо от выстрела содрогнулось, зашипело - пуля явно угодила в цель.
Алые, в черную крапинку, шары заколыхались, стали подниматься вверх - будто
со страшной скоростью вырастали красные цветы на зеленых стеблях. Вот стебли
уже вытянулись на аршин. Шары качались, то ли принюхивались, то ли
приглядывались, мотались в разные стороны, и вдруг все потянулись,
наклонились в одном направлении - в их сторону, Господи Боже!
- Урядник, назад! - крикнул Сабуров.
Но урядник клацнул затвором, заложил новый патрон и выстрелил. Должно
быть, он целил в те шары, но промахнулся. Черные и синие щупальца одно за
другим отрывались от раскромсанной коровьей туши, чудище шипело, притопывая
ногами, словно злилось на свою неповоротливость. Тогда только урядник с
разбегу запрыгнул на коня, перехватил поводья у Сабурова, и они поскакали
прочь, пронеслись с полверсты, оглянулись - никто не преследовал. Натянули
поводья, и кони неохотно остановились.
- Ну, видел? - спросил Сабуров. - Нет, саблями никак невозможно.
Вплотную не подступишься. Хреновые из нас Добрыни Никитичи, Платоша...
- Так что ж делать, подскажите, вашбродь! По шарам бить разве что...
- Одно и останется, - сказал Сабуров. - А ты заметил - ведет оно себя
так, будто в него сроду не стреляли, не сразу и сообразило, что оглядеться
следует. Непуганое.
- Господи ты Боже мой! - взвыл урядник. Его конь всхрапнул и дернулся.
- Ну откуда оно на нашу голову взялось, и почему непуганое? Не должно его
быть, в мать, в Христа, в трех святителей вперехлест через тын! Не должно!
- Да ори не ори, а оно есть, - сказал Сабуров. - И положение наше хуже
губернаторского во всех рассмотрениях. Пешком подходить - не успеем ему
гляделки расхлестать. Верхом - лошади подведут, не строевые. Чересчур часто
по нему палить, смотришь, и поумнеет, раскинет, что к чему. Засада нужна. А
как устроить?
В их тревожные мысли ворвался стук копыт, и незадачливые ратоборцы
повернули головы. Трое, нахлестывая лошадей, скакали напролом, спрямляя
торную извилистую дорогу - снова голубые вездесущие мундиры, стрюки. Но все
же это была вооруженная сила, власть. Сообразив это, поручик дал шенкеля
своему коньку, вымахнул наперерез, закричал.
Кони под теми взрыли копытами землю, взнесенные резко натянутыми
поводьями на дыбы, заплясали. Ружейный ствол дернулся было в сторону
поручика, но опустился к руке. Поручик узнал знакомую Щучью Рожу, и сердце
упало, на душе стало серо и мерзко.
- Па-азвольте заметить, что вы, будучи вне строя, тем не менее имеете
на себе пояс с револьвером в кобуре, - сказал Крестовский, словно бы ничуть
не удивившись неожиданной встрече. - И второй револьвер, заткнутый за пояс,
противоречит всякому уставу. Где ваша кепи, наконец?
Поручик невольно схватился за голову - не было кепи на ней, буйной и
раскудрявой; Бог знает, где кепи оставил, когда уронил. Но не время
пикироваться. Он заспешил, захлебываясь словами, успевший подъехать урядник
вставлял свое, оба старались говорить убедительно и веско, но чувствовали -
выходит сумбурно и несерьезно.
- Так, - сказал ротмистр Крестовский. - Как же, слышал, слышал,
чрезвычайно завлекательные побрехушки... Оставьте, поручик. Все это -
очередные происки нигилистов, скажу я вам по секрету. Никаких сомнений. Вы с
этим еще не сталкивались, а мы научены - все эти поджоги, слухи, подложные
его императорского величества манифесты, золотыми буквами писанные, теперь
вот чудо-юдо выдумали. А цель? Вы, молодой человек, не задумывались, какую
цель эти поползновения преследуют? Посеять панику и взбунтовать
народонаселение против властей. Позвольте мне, как человеку, приобщенному и
опытному, развеять ваши заблуждения. Цель одна у них - мутить народ да
изготовлять бомбы. Знаем-с! Все знаем!
Он выдернул из-за голенища сапога свернутую карту и с торжеством потряс
ею перед носом поручика. Сунул обратно - небрежно, не глядя, поторопился
разжать пальцы - и карта, скользнув по голенищу, упала на землю. Нижние чины
не заметили, а поручик заметил, но не сказал, он подумал, что им с Платоном
иметь карту местности совершенно необходимо, а стрюк справится и так, коли
ему по службе положено иметь верхнее чутье, как у легавой...
Сочтя, очевидно, тему беседы исчерпанной, ротмистр обернулся к своим:
- Рысью марш!
И они тронулись, не обращая внимания н
1 2 3 4 5



Бесплатно скачать книги в txt Вы можете тут,с нашей электронной библиотеки:)
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом. Если вы являетесь автором книги и против ее размещение на данном сайте, обратитесь к администратору.