Ловец снов скачать книги бесплатно

Большой архив книг в txt формате. Детективы, фантастика, фэнтези, классика, проза, поэзия - электронные книги на любой возраст и вкус!
Книга в электронном виде почти всегда лучше чем бумажная( можно записать на кпк\телефон и читать везде, Вам не надо бегать и искать редкие книги, вам не надо платить за книгу, вдруг она Вам не понравится?..), у Вас есть возможность скачать книгу бесплатно, и если она вам очень понравиться - купить бумажную версию.
   Контакты
Поиск Авторов  
   
Библиотека книг
Онлайн библиотека


Электронная библиотека .: Фантастика .: Кинг, Стивен .: Ловец снов


Постраничное чтение книги онлайн Стивен Кинг. Ловец снов.txt

Скачать книгу можно по ссылке Стивен Кинг. Ловец снов.txt
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18
и ключи, согласитесь поужинать со
мной? Мы могли бы встретиться в "Уэст Уорф".
- Я знаю "Уэст Уорф", - улыбается она сквозь слезы. Кэти привстала,
даже не пытаясь сделать вид, что читает журнал. Да это куда интереснее
любого романа!
- Откуда вы знаете, что я не замужем и вообще свободна?
- А обручальное кольцо? - немедленно возражает он, хотя еще не успел
взглянуть па ее безымянный палец. - Кроме того, я всего лишь имел в виду
жареных моллюсков, салат из моркови с капустой и слоеный пирог с клубникой,
а вовсе не пожизненный союз.
Она, в свою очередь, смотрит на часы:
- Пит.., мистер Мур.., боюсь, что сейчас мне не до флирта. Если
подвезете меня, буду рада поужинать с вами. Но...
- Этого вполне достаточно, - отзывается Пит. - Но, думаю, вы поедете в
своей машине, так что встретимся позже. Пять тридцать вам подходит?
- Да, прекрасно, но...
- Заметано.
Пита захлестывает давно не испытанное ощущение счастья. Это чудесно.
Счастье - это чудесно. Два последних года ему и сотой доли ничего подобного
не довелось изведать, а почему? Непонятно. Слишком много промозглых,
пропитанных алкоголем ночей блуждания по барам между 302-м шоссе и
Норт-Конуэем? Да, но разве только в этом дело? Может, и нет, но на
размышления времени не осталось. Даме нужно успеть на деловое свидание. Если
она к тому же продаст дом, кто знает, может, и Питу Муру крупно повезет? А
если и ничего не выйдет, если удача отвернется.., что ж, зато он все равно
ей поможет. Он это чувствует.
- Сейчас я сделаю кое-что необычное.., может, даже на первый взгляд
странное, но пусть это вас не волнует, - объявляет он. - Всего лишь
небольшой фокус, вроде как потереть переносицу, чтобы не чихнуть, или
ударить себя по лбу, когда пытаешься вспомнить чье-то имя. Договорились?
- Д-да.., наверное, - выговаривает сбитая с толку Триш. Пит закрывает
глаза, подносит к лицу некрепко сжатый кулак, выбрасывает указательный палец
и принимается водить им взад и вперед.
Триш оборачивается к продавщице. Та пожимает плечами, словно говоря:
"Кто знает?"
- Мистер Мур, - нерешительно произносит Триш. - Мистер Мур, может, мне
просто...
Пит открывает глаза, глубоко вздыхает и опускает руку. И смотрит мимо
Триш, на дверь...
- Итак.., вы вошли... - Его глаза двигаются, словно следя за вошедшей
Триш. - Шагнули к прилавку... Наверное, спросили о чем-то. В каком проходе
аспирин... Что-то в этом роде.
- Да, я...
- Но вы еще что-то взяли. - Он видит это что-то на полке со сладостями.
Ярко-желтый рисунок, что-то вроде отпечатка ладони. - Батончик "Спикере".
- "Маундс", - шепчет она, хлопая ресницами. - Откуда вы узнали?
- Взяли шоколадку, только потом пошли за аспирином. Заплатили и ушли..,
выйдем на минуту. Пока, Кэти.
Кэти только кивает, не сводя с него вытаращенных глаз. Пит шагает за
порог, не обращая внимания на звяканье колокольчика, на морось, теперь и в
самом деле превратившуюся в дождь. Желтизна на тротуаре исчезает: водяные
струи смывают ее и уносят. И все же он способен разглядеть ее, и ужасно этим
доволен. Он видит линию. Это ощущение щелчка. Клик, и готово. Здорово!
Сколько же времени он не видел ее так ясно?!
- Назад к вашей машине, - бормочет он себе под нос, - чтобы запить
водой пару таблеток аспирина...
Он пересекает тротуар, медленно подбирается к "таурусу". Триш,
встревоженно оглядываясь, следует за ним. Взгляд взволнованный. Почти
испуганный.
- Открыли дверь. Взяли сумочку.., ваши ключи.., аспирин.., батончик..,
все такое.., перекладываете их из руки в руку.., и тут...
Он наклоняется, шарит в воде, хлещущей в сточной канаве, запускает туда
ладонь почти до запястья, поднимает что-то и кланяется с видом фокусника,
удачно выполнившего сложный трюк. В сереньком, почти сумеречном свете ярко
вспыхивают серебром ключи.
- ..тут вы уронили ключи.
Сначала ей не приходит в голову их взять. Она потрясенно смотрит на
него, словно только сейчас у нее на глазах свершилась магия. Черная магия. А
он и есть тот самый злой маг.
- Ну же, - настаивает он, со слегка поблекшей улыбкой. - Берите же. Тут
нет ничего сверхъестественного. Чистая дедукция. Мне не привыкать. Вам
следовало бы брать меня в поездки, на случай если заблудитесь. Я в два счета
отыщу дорогу.
Только тогда она берет ключи. Быстро, стараясь не коснуться его
пальцев, и Пит сразу же понимает, что она не придет в ресторан. Не стоит
быть семи пядей во лбу, чтобы понять это: достаточно взглянуть в ее глаза,
скорее напуганные, чем благодарные.
- Спасибо.., спасибо вам, - лепечет она, мысленно измеряя расстояние
между ними, будто боясь, что он подступит слишком близко.
- Не за что. Только не забудьте: "Уэст Уорф", в половине шестого.
Лучшие жареные моллюски в этой части штата.
Поддержим иллюзию. Приходится иногда, независимо от того, что творится
на душе. И хотя какая-то часть радости этого дня ушла, растворилась, что-то
еще теплится. Он видел линию, а от этого всегда становится легче. Фокус
простой, но приятно сознавать, что он еще может...
- Половина шестого, - эхом отзывается она, открывая дверцу машины, но
опасливый взгляд, брошенный через плечо, подозрительно похож на тот, каким
обычно посматриваешь на пса, бешено рвущегося со сворки. Она рада до
посинения, что теперь не придется ехать с ним во Фрайбург. И не нужно уметь
читать мысли, чтобы это сообразить.
Он неподвижно стоит под кнутами дождевых струй, наблюдая, как она
выруливает на мостовую, и на прощание отдает жизнерадостный салют лихого
продавца автомобилей. В ответ она рассеянно шевелит пальчиками, и,
разумеется, когда он ровно в пять тридцать заглядывает в "Уэст Уорф" (на
всякий случай, точность - вежливость королей), ее никто не видел, и час
спустя она все еще не показывается. Он все равно не уходит: сидит за стойкой
бара, пьет пиво и провожает глазами машины, мчащиеся по шоссе 302. Ему
кажется, что он видит ее, где-то около пяти сорока. Зеленый "таурус",
пролетевший мимо на полной скорости, в пелене дождя, ставшей к тому времени
беспросветной, зеленый "таурус", который, вполне возможно, еще тянет за
собой желтую полосу, сразу же тающую в сереющем воздухе.
День другой, дерьмо все то же, думает он, но радость уже омрачена,
вытеснена привычной грустью, грустью, ощущаемой как нечто заслуженное: цена
так и не позабытого предательства. Он закуривает сигарету... Давным-давно, в
детстве, притворялся, что курит, но в этом больше нет нужды...
И заказывает еще кружечку. Милт приносит, но при этом ворчит:
- Неплохо бы сначала что-то кинуть в желудок, Питер. Поэтому Пит
заказывает порцию жареных моллюсков и даже съедает несколько, предварительно
окунув в соус тартар, но перед тем как двинуться по кругу в какую-нибудь
забегаловку, где его не так хорошо знают, пытается дозвониться в
Массачусетс, к Джоунси. Но Джоунси и Карла наслаждаются редким свободным
вечером, и трубку берет приходящая няня, которая и спрашивает, не нужно ли
чего передать. Пит едва не говорит "нет", но тут же спохватывается.
- Передайте, звонил Пит, сказал ДДДТ.
- Д... Д... Д... Т... - повторяет девушка, старательно записывая. - Он
поймет, что это...
- О да, - заверяет Пит, - еще бы.
К полуночи он надирается в какой-то нью-хэмпширской пивнушке, то ли
"Мадди Раддер", то ли "Радди Матер", он так и не усек. Едва ворочая языком,
Пит пытается поведать такой же окосевшей телке, как когда-то свято верил в
то, что окажется первым человеком, ступившим на Марс. И хотя та кивает и
твердит, будто заведенная, "ага-ага-ага", он почему-то сознает, что у нее
только и мыслей, как бы опрокинуть еще порцию бренди перед закрытием. Но это
ничего. Это не важно. Завтра он проснется с головной болью и ужасным
похмельем, но все равно отправится на работу и продаст машину, а может, и
нет, но так или иначе мир вертится. А вдруг удастся сбыть винно-красный
"тандерберд", прощай любимая! Когда-то все было иначе, но теперь все по
фигу. Наверное, и с этим можно жить, для такого парня, как он, правило
большого пальца - всего лишь ДДДТ, день другой, дерьмо все ТО же, и хрен с
ним, со всем остальным. Ты вырос, стал мужчиной, смирился с тем, что получил
меньше, чем надеялся, обнаружил, что на волшебной машинке для грез и снов
висит большая табличка: НЕ РАБОТАЕТ.
В ноябре он отправится на охоту с друзьями, и этого вполне достаточно,
чтобы с надеждой смотреть в будущее.., это и, возможно, классный слюнявый,
пахнущий губной помадой минет в машине от этой бухой телки. Требовать еще
чего-то - напрашиваться на лишнюю сердечную боль.
Грезы и сны - это для детей.

1998: Генри лечит диванного пациента

В комнате полумрак, как всегда, когда Генри принимает пациентов.
Интересно, что весьма немногие это замечают. Он считает, это потому, что
обычно у них мозги с самого начала затуманены. Большинство из них попросту
невропаты. "Леса так и кишат ими", - когда-то сказал он Джоунси, когда они
были вместе, леса, ха-ха! Во всяком случае, такова его оценка - совершенно
ненаучная, конечно. Он глубоко убежден, что их проблемы создают нечто вроде
поляризующего экрана между ними и остальным миром. По мере усиления невроза
тьма внутри сгущается. В основном он испытывает к пациентам нечто вроде
благожелательного, хотя и отстраненного сочувствия. Иногда жалость. И весьма
немногие выводят его из себя. К последним принадлежит Барри Ньюмен.
Пациентам, перешагнувшим порог кабинета Генри, предоставляется выбор,
который они таковым не считают. И даже не сознают этого. Заходя, они видят
довольно уютную, хоть и полутемную комнату, с камином по левой стене,
снабженным вечными дровами: четырьмя стальными трубками, раскрашенными под
березу и маскирующими газовые горелки. Рядом, под превосходной репродукцией
вангоговских "Подсолнухов", возвышается огромное мягкое кресло, в котором
обычно восседает Генри. (Генри иногда говорит коллегам, что каждому
психиатру следует иметь в кабинете по крайней мере одного Ван Гога.) В
противоположном конце легкое креслице и диван. Генри всегда интересно, что
именно выберет пациент. Правда, сам он слишком давно в деле, чтобы знать:
выбранное впервые потом становится привычкой, и на последующих сеансах место
останется неизменным. Он помнит, что на эту тему даже есть статья, только
вот забыл чья. И в любом случае он обнаруживает, что со временем такие вещи,
как газеты и журналы, съезды и семинары, интересуют его все меньше. Когда-то
все было по-иному, но теперь ситуация изменилась. Он меньше спит, меньше ест
и смеется гораздо меньше. Мрак просачивается и в его жизнь.., тот самый
поляризующий фильтр, и Генри сознает, что даже не противится этому. Меньше
яркого света - спокойнее для глаз.
Барри Ньюмен с самого начала был диванным пациентом, но Генри ни разу
не сделал ошибки, предположив, будто это имеет что-то общее с его
психическим состоянием. Просто для Барри диван удобнее, хотя иногда Генри
приходится протягивать ему руку, чтобы помочь встать, когда пятьдесят минут
истекают. При росте пять футов семь дюймов Барри весит четыреста двадцать
фунтов. Это и заставило его подружиться с диваном.
Сеансы с Барри Ньюменом обычно длятся долго, поскольку тот
тщательнейшим образом перечисляет все подробности своих гастрономических
похождений. Это вовсе не означает, что Барри - гурман, о нет, совсем
напротив, Барри пожирает все, что оказывается в орбите его досягаемости. В
этом отношении Барри настоящая машина для перемалывания пищи. И его память,
по крайней мере в этом отношении, донельзя идентична. Барри в гастрономии
все равно что старый друг Генри Пит - в географии и ориентировании на
местности.
Генри почти оставил попытки оттащить Барри от деревьев и заставить его
прогуляться по лесу, частично из-за спокойного, но неуклонного желания
пациента обсуждать все съеденное в мельчайших деталях, отчасти потому, что
Барри ему не нравится и никогда не нравился. Родители Барри умерли, оставив
очень большое наследство, положенное на трастовый фонд до тридцатилетия
сына. Тогда он сможет его получить, при условии, что будет продолжать
психотерапию. Если же нет, основная часть останется в трастовом фонде до его
пятидесятилетия.
Генри сомневается, что Барри Ньюмен доживет до пятидесяти. Кровяное
давление Барри (как он с гордостью объявил) - сто девяносто на сто сорок.
Холестерин огромный. Настоящая золотая жила липопротеинов.
- Я ходячий инсульт, я ходячий инфаркт, - твердил он с ликующей
торжественностью человека, способного высказать жесткую неумолимую истину,
потому что в душе сознает, что подобный конец не для него, о нет, не для
него.
- На ленч я съел два двойных бургера, - рассказывает он сейчас, - я
люблю именно такие, потому что сыр в них еще горячий.
Его пухлый рот, странно маленький для человека подобных размеров,
чем-то напоминающий рыбий, сжимается и подрагивает, словно пробуя этот
восхитительно горячий сыр.
- Запил молочным коктейлем, а на обратном пути прихватил парочку
шоколадок. Потом подремал немного, а когда проснулся, сунул в микроволновку
пакет замороженных вафель. Знаете, этих, хрустящих, "Легго-эгго".
Он смеется. Смех человека, охваченного приятными воспоминаниями о
чудесном закате в горах, прикосновении к женской груди, прикрытой тонким
шелком (не то чтобы Барри, по мнению Генри, когда-то испытывал нечто
подобное), прогулке по теплому прибрежному песку.
- Большинство людей пекут их в тостере, - продолжает Барри, - но тогда
они получаются чересчур подсушенными. А из микроволно
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18



Бесплатно скачать книги в txt Вы можете тут,с нашей электронной библиотеки:)
Все материалы предоставлены исключительно для ознакомительных целей и защищены авторским правом. Если вы являетесь автором книги и против ее размещение на данном сайте, обратитесь к администратору.